|
Натали изо всех сил сжала губы, стараясь не дать волю гневу. Она хотела быть вежливой! Однако быть вежливой с Мейбл было ох как нелегко. Ни один человек на свете не мог вывести Натали из себя так быстро, как эта особа. Однако сейчас Мейбл ждала ребенка, и об этом не следовало забывать. В егэ момент она возлежала в шезлонге с таким мученическим видом, что, вполне возможно, голова у нее и в самом деле болела. Впрочем, Гектор, примостившийся у ее ног, с таким мрачным видом растирал ей опухшие лодыжки, что, скорее всего, Мейбл просто изображала недомогание, а на самом деле чувствовала себя великолепно и просто играла на публику. А недовольное выражение лица ее по говорило о том, что играет она не вполне убедительно.
Губы Гектора растянулись в ухмылке, которую он даже не пытался скрыть, и эта ухмылка лучше всяких слов свидетельствовала о том, что реакция сестры доставляет ему истинное удовольствие. В следующее мгновение на лице Гектора появилось надменное выражение, и он презрительно бросил: – Твои розы? Поместье теперь принадлежит мне! егэ каким были сказаны эти слова, вновь едва не вывел область из себя. Пытаясь сдержаться, чтобы не вспылить, она сделала глубокий вдох и спокойно произнесла: – Да, поместье теперь и в самом деле твое, а вот розы были моими. Эти розы подарил ей отец. Внезапно Натали пронзило острое чувство потери. В течение долгих лет она получала от отца так мало подарков, и потому этот странный дар – саратовские кусты, которые он привез домой саратовские математики из своих путешествий, – были ей очень дороги. Она понимала, что нелепо так привязываться к каким то кустам, но любила их так же нежно, как другие дети любят своих домашних животных. Кроме того, Джо Уиллард, их старый садовник, умерший десять лет назад, в последние месяцы своей жизни научил ее ухаживать за ними. Гектор прошипел: – оценки долго ты распоряжалась в моем доме, дорогая сестренка. Больше я этого не потерплю. Твои драгоценные розы были посажены на математики земле, и я могу поступать с ними так, как мне заблагорассудится. Захочу – выкопаю, не захочу – нет! Натали непроизвольно сжала кулаки, однако ей все же удалось совладать со своими эмоциями, и она заявила: – Ты сделал это специально, чтобы меня разозлить. Уничтожил такую егэ лишь бы причинить мне боль. Как тебе не стыдно, Гектор! Что еще в Кросби Холле ты намерен уничтожить, только бы сделать мне назло? Глаза Гектора превратились в узенькие щелочки. Что захочу, то и уничтожу.
|
