|
Овчарка завалилась на бок, на груди пузырилась кровь, контрольно измерительные материалы егэ по обществознанию хрипенье. Алёшку трясло, он обществознанию ружье, и внезапно увидел третью собаку — она набегала сбоку. Выстрелить Алешка уже не успевал, поэтому он молча упал на Наташку, повалил её в снег и закрыл своим телом. Овчарка почти налетела на него, но тут выстрелила старая цыганка. Собака вцепилась в Алешкин полушубок, яростно рванула его, почти приподнимая самого Алешку. Трое цыган бежали к ним с перекошенными лицами, голося материалы было сил. Полушубок уже летел клочьями, и егэ обществознанию появилась чья-то кровь, — и в этот момент на хребет собаки опустилось неизвестно откуда взявшееся большое березовое по Раздался хруст, псина вытянула материалы ноги, хотя пасть контрольно еще продолжала терзать полушубок, пытаясь добраться до Алешки. Полено отлетело в сторону, описав полукруг. Цыгане замерли, старая цыганка широко открыла рот, испуганно глядя то на полено, то на издыхавшую собаку. Тем временем через забор во двор стали прыгать военные.
И внезапно весь двор осветился: это контрольно измерительные материалы егэ по обществознанию егэ обществознанию военных машинах, стоявших за заборами. С Алешки стащили полумертвую собаку, подняли самого Алешку, следом Наташку, — живую и невредимую. Алешка показал порванный рукав полушубка: кровь капала из прокушенной руки. Солдаты схватили подстреленных собак, вытащили на середину двора и уложили на развернутый брезент. Сюда же бросили и третью. И тут внезапно началось: шкуры рвались, расползаясь, будто по швам. Из-под шкур появлялись залитые кровью человеческие тела. Наташка дико вскрикнула, заголосила другая цыганка, отворачиваясь и защищая лицо поднятой рукой, в которой было ружье. Лица цыган стали белыми. Шкуры постепенно сползли совсем; на почерневшем от крови брезенте остались лежать трое убитых мужчин — в нелепых позах, материалы скрюченными руками, широко открытыми мертвыми глазами. Но вот одна из шкур шевельнулась, приподнялась, дотянулась до трупа и припала к нему. Послышались чавканье и хруст. Человек начал исчезать; шкура быстро и ловко грызла его, отхватывала громадными кусками и глотала, сокращаясь змеёй. Потом ожила вторая шкура, потом и третья. Хруст и чавканье усилились. Испуганный голос скомандовал что-то невразумительное. Цыган оттеснили от расстеленного брезента солдаты. И разом открыли огонь. В грохоте и дыму полетели вверх клочья шкур, куски мяса; дым стал красным от крови.
|
