|
Он видел, как выходил во двор Рупь-Пятнадцать. Подметал ответы на демонстрационные варианты егэ , егэ помойное ведро, брал дрова из невероятно длинной поленницы. Над трубой в темнеющее небо поднялся белый столб дыма. Потом вышла цыганка — толстая, с шалью на голове. Закурил, стоя у штакетника, огораживавшего огородные грядки. Долго смотрел на звезды, пуская дым. Густых ждал молча, не шевелясь. Он знал, что дождется. Но дождался он совсем не того, кого хотел. В дальнем углу двора появилась какая-то тень. Мелькнула среди сараев и затаилась. Густых напрягся, присел пониже, втянув голову в плечи. Темная фигура снова поднялась, перебежала поближе и залегла за парником, на котором болтались остатки рваного полиэтилена. Прошло некоторое время, фигура снова поднялась, и юркнула в проход между штакетниками, свернула куда-то за навес с инструментами и исчезла. Густых ничего не чувствовал. И не понимал, кто этот таинственный незнакомец. Густых делил теперь людей и животных на на категории: на своих варианты всех остальных. Незнакомец пока принадлежал ко второй. Но не успел Густых как следует продумать свой вывод, как во дворе появились новые гости. Три огромных псины, как-то нелепо приседая, полуползком, тоже пробирались со стороны дальних сараев.
Внезапно они разом повернули головы в ответы на демонстрационную варианту егэ Густых. И прыжками, через сугробы, помчались к нему. Густых слегка приподнялся, чтобы в случае чего было удобнее схватить сразу двух псов за глотки, но этого не потребовалось. За несколько шагов до того места, где сидел Густых, псы прилегли на снег и поползли, жалобно поскуливая, и постукивая хвостами. Они подползли совсем близко, и одна за другой потыкались холодными носами в руку Густых. Овчарки немедленно выполнили приказ. Он снова затих в ожидании. За заборами послышалось демонстрационные гудение, негромкие команды, быстрый топот ног. Густых читал их ощущения, как будто они принадлежали ему самому. Он почувствовал острый запах бензиновой гари, масла, казённой одежды. И самое главное — запах оружия. Он чувствовал, что всю цыганскую усадьбу окружили люди в камуфляже, в касках, с автоматами. Над задним крыльцом цыганского дома горела лампочка, и жилая часть двора была отлично видна. Там, где сидел в засаде Густых, ответ тень, но на светлая — от снега, отраженного света и звёзд. И, наконец, Густых дождался. Только опять варианты того, чего ожидал: дева вышла на крыльцо в накинутом красном пуховике, а следом за ней вывалилась чуть не вся семья. Алёшка держал демонстрационные толстая цыганка — тоже. Младшие цыганята выглядывали из-за их спин. В доме оставалась только одна цыганка. Густых снова нагнулся к овчаркам, мгновенно передав новый приказ. Едва Наташка отошла от дома, как откуда-то из глубины усадьбы послышался егэ Две огромные псины, летевшие прямо на нее, показались ей чудовищами. Она присела от ужаса в снег. Сзади подбегали Алешка с цыганкой. Алешка крепко ухватил рукой Наташку за плечо, приказывая сидеть, и вскинул ружье. Цыганка, стоявшая рядом, сделала то же самое.
|
