|
Лоу глубоко вдыхал соленый воздух, обратив лицо к ветру. Здесь, на балконе, ему стало лучше. Постепенно головокружение и тошнота прошли. Он был весь в холодной испарине. С безысходной болью посмотрел он вниз на распростертое обществознание Робсона. Он был потрясен убийством Митчела. Но смерть Робсона была для него настоящим большим горем. Он испытывал глубокую привязанность и подготовка уважение к этому к обществознанию невероятным, что такая тварь, как Мейси, смогла его уничтожить. И вот теперь он лежал там егэ Не услышишь больше от него ни совета, ни подсказки, ни просто добрых слов. Теперь Лоу должен все решать сам… Он вгляделся в темнеющую воду. Большие пенящиеся волны ровными рядами катились с юго запада. к подумал о других жертвах Мейси: о Бейкере и Рози, все еще носимых волнами, увлекаемых течением то взад, то вперед. Он был прав относительно них – они обречены.
Огромный гребень подготовки к егэ по обществознанию накроет обществознанию подготовка крошечную лодку и выбросит их в море. Одно мгновение ужаса – и все будет кончено… Он почти завидовал им. Они в конце концов отделались от этого дьявола и не увидят страшного финала пьесы, где, как чувствовал Лоу, ему предстоит сыграть трагическую роль. После того как здесь уже было совершено столько злодейств, возможность остаться в живых казалась чудом. Робсон был убит, потому что Мейси видел в нем опасность – другой причины быть не могло. И этот же мотив будет обращен и против него. Мейси может говорить, что им предстоит долго пробыть вместе. Но как только ему придется столкнуться с внешним врагом, он вряд ли захочет иметь еще одного у себя за спиной… Лоу был близок к отчаянию. Ему казалось, что невозможно ничего сделать, чтобы изменить течение событий. Митчел был импульсивным, деятельным человеком – и Мейси убил его. Робсон был мудрым и осторожным – и Мейси убил его тоже. Там, где лучшие люди потерпели неудачу, был ли у него хоть какой нибудь шанс? Он чувствовал себя неспособным действовать в сложившейся ситуации. Несоответствующим выпавшей ему роли… Потом, когда он опять посмотрел вниз на Робсона, его настроение изменилось. Волна гнева охватила его при мысли об этом злом и бессмысленном преступлении. Да, это был гнев, а вместе с ним появилась решительность… Кто он такой, этот Мейси, чтобы раболепствовать перед ним? Тупой и грубый гангстер с револьвером… Без револьвера он был бы ничем. Лоу с горячностью и даже некоторой воспаленной самоуверенностью уже желал вступить с ним в борьбу как мужчина с мужчиной.
|
