|
Человек окинул его оценивающим взглядом. Тут за спиной у Трупа открылась дверь, и двое санитаров внесли на носилках что то прикрытое простыней. Был полковник – стал покойник! Труп покинул помещение прозекторской и пустился в обратный путь. Добравшись до своего коридора, он разыскал начальника отделения и потребовал выдать Трупу личные его вещи и сейчас же выписать из больницы, пригрозив нарушением режима. Посещение прозекторской напомнило ему о его собственном покойнике, который «всем смертям назло» снова живехонький бегал где то истории угрожал раскрытием внешности Трупа. Первым делом Труп отправился к себе домой экзамеционные полчаса изменял внешность при помощи грима. Достаточно истории он направился егэ сторону дома Владимира Ивановича, справедливо предположив, что Собирателю деваться больше некуда. Когда он, прихрамывая, выходил из варианты то обратил свое пристальное внимание на японца. Японец в костюме экзамеционные галстуке сидел на скамейке, углубленный в чтение.
Труп в уме подивился японской варианты экзамеционной егэ по истории с ним и похромал своим варианты Японец свернул прочитанную газету в трубочку, встал, оглянулся и тоже зашагал своим путем – в ту же сторону, куда и Труп. Николай проснулся среди бела дня, не сразу сообразив, где находится. Собиратель, уже переодевшийся в полосатый халат, по за столом книгу. Сраженный медикаментами Владимир Иванович еще не пробуждался. Постепенно припомнились события, в связи с которыми он оказался в квартире своего собственного литературного героя. Получилось так, что герои его романа втянули его в свой круг и теперь я, стало быть, егэ не я, а литературный герой – и было от этого жутковато… Припомнилось и то, как встретил их хозяин комнаты, не веривший в оживление своего товарища; был он в очень расстроенном состоянии души, нес на тюремном жаргоне всякую околесицу, так что пришлось дать ему две таблетки снотворного, и теперь он благополучно спал. Уставший Николай тоже прилег… Собиратель, не отвлекаясь от чтения, вдруг захихикал меленько, вероятно, над смыслом текста. Читал он варианты смешно: близко близко приставив книгу к лицу, так что иногда касался страниц носом. Николай некоторое время наблюдал читателя, потом кашлянул из приличия.
|
