|
Начнем стрелять по дворам — чего доброго, бунт егэ по истории за 2010 . егэ с таким делом нельзя. Полкан сейчас на цепи, один на псарне, так ты сделай по с петлей, возьми его, отведи хоть, например, на берег Сологи, и пристрели. Петя снова побарабанил пальцами. Лицо его выражало сомнение и смущение. Так егэ — иди сейчас, — настойчиво сказал Григорий Тимофеевич. Только Иосафату не спится по-стариковски. Григорий Тимофеевич серьезно сказал: — А ты истории по Началось с появления дикой волчьей стаи, потом — падёж скота, кошки стали дохнуть, до людей очередь дошла… Ты по лесам часто ходишь — видел что-нибудь? Он выжидательно посмотрел на племянника. Тот помялся: — Да, видел. Один раз на целый выводок наткнулся: лиса-мать, лис-отец, и лисята. Я еще подумал — от какой-нибудь своей за померли, или тухлого поели, или ягод волчьих… Да мало ли что. Григорий Тимофеевич посидел еще, потом поднялся. А ты, будь добр, приготовь ружье за припасы.
Они все егэ по истории за 2010 2010 Иосафат, поворчав для порядка, оделся потеплее, взял фонарь и пошел на конюшню. Принес длинную палку с петлей на конце. Потом подошли к сараю, где содержали собак; теперь там оставался один Полкан. Полкан спал в углу, свернувшись калачиком. Проснулся, взвизгнул от радости и кинулся к Пете. Короткая цепь натянулась, Полкан встал на задние лапы, забил передними в воздухе. Иосафат, уже узнавший подробности, поджал губы: — Может, он еще и не заразный. Вишь, как у него, у дохтура этого, руки-то тряслись. А таким дохтурам верить нельзя. Вот в прошлом годе один тоже приезжал в Вёдрово, так он… — Полкан, лежать! Петр вытянул руку и сделал ею круг в воздухе. Полкан и этот фокус знал: перевернулся через спину. Петр вздохнул: — Ладно. Я отстегну цепь, а ты уж, сделай милость, изловчись — по на шею накинь. Да фонарь поставь пока — мешать будет. Петр молча наклонился к Полкану, отстегнул карабин, опасливо пряча руки. Протянул палку, Полкан оскалился и внезапно прыгнул к выходу, проскочив между Петром и Иосафатом. Фонарь упал, горящее масло вылилось на солому, растеклось. Огонь мгновенно охватил дверной косяк. Петр, не растерявшись, вытолкнул Иосафата в открытую дверь, прыгнул следом. Иосафат упал в грязь и принялся кричать дрожащим голосом: — Пожар! Все произошло так быстро и неожиданно, что Петр на какое-то время забыл о Полкане. Из господского дома стали выскакивать дворовые — сначала девки и бабы, потом и несколько мужиков — кучер, конюх, работники, слуги.
|
