|
Всю жизнь Каролина была занята собой. Можно было бы демонстрационный материал егэ по алгебре , что это качество теперь проявится еще больше, когда она собирается стать актрисой. Для того чтобы заглянуть в душу алгебре человека, нужно забыть о себе. Как в жизни, так и в театре. Тот, кто этого не умеет, никогда егэ станет хорошим актером. В то же время актеру необходимо видеть себя со стороны. В последнее время Каролине не удавалось найти золотую середину. Поэтому она и чувствовала себя ни к чему непригодной. Впрочем, роль, над которой она сейчас работает, тоже чрезвычайно сложна. Вопрос в том, подходит ли она ей вообще? Не слишком ли это благородный для нее персонаж? Это как по та самая роль, которую алгебре играла осенью, — роль Иоанны из пьесы Шиллера «Орлеанская дева». Тогда Каролина не смогла по достоинству оценить игру Ингеборг, но сейчас, чем больше она сама работает над ролью Орлеанской девы, тем больше и больше восхищается материал Ингеборг. Во-первых, Ингеборг в высшей степени обладает всеми необходимыми внешними данными: открытым лицом, лучистыми глазами, мягкими движениями, твердым голосом.
Все это у егэ алгебре по есть. Поэтому ей так тяжело слышать, как Ингеборг оговаривает саму себя. Наводит на себя напраслину, которая вовсе не приличествует Ингеборг. Каролина сама иногда себе такое позволяет, поэтому ее так сильно это задело. Она думала, что только она на это способна. Хотя ее это тоже не красит. В остальном же Ингеборг — по крайней мере, согласно ее собственным словам — «обычная, в высшей степени заурядная, ничем не выдающаяся особа». Так она обычно описывает себя. Однако редко упоминает о своей религии, хотя религия и является для нее самым важным в мире, без чего она не могла бы обойтись. В чем же тогда состоит ее «вина»? А что если Иоанна Лотарингская тоже чувствовала какую-то тайную вину? А ведь это интересная мысль. Каролина читает о Иоанне все, что попадается ей под руку. В надежде найти что-то скрытое, тайное, какую-нибудь зацепку. Какое ей, Каролине Якобссон, до всего этого дело сегодня, почти пятьсот лет спустя? Разве это не попытка что-то пронюхать, разузнать? Вот о чем нужно себя спросить. Все же это были люди из плоти и крови. А не исторические образцы добродетели. В драме Шекспира «Генрих VI» Иоанна изображена настоящей ведьмой. За колдовство ее приговорили к сожжению на костре. Но в то время подобная участь постигла не одну ее, и это, видимо, оказало влияние на Шекспира. В остальном же мнения исследователей об Иоанне расходятся. Так бывает всегда, когда речь идет о выдающихся личностях. На самом деле возможны разные толкования. Может, Иоанна Лотарингская в глубине души — точно так же, как Ингеборг, — была просто обыкновенной, здравомыслящей девушкой? А это ведь вполне допустимая мысль. Иоанну часто описывают «простой, смелой и отчаянной» девушкой, с «сочной, выразительной» речью. Совсем непохожей на святую, иными словами. Ей было всего тринадцать лет, когда она впервые поняла свое истинное предназначение и услышала «голоса с небес».
|
